Неточные совпадения
Как посравнить, да посмотреть
Век нынешний и
век минувший...
Старик Обломов как принял имение от отца, так передал его и сыну. Он хотя и жил весь
век в деревне, но не мудрил, не ломал себе головы над разными затеями, как это делают
нынешние: как бы там открыть какие-нибудь новые источники производительности земель или распространять и усиливать старые и т. п. Как и чем засевались поля при дедушке, какие были пути сбыта полевых продуктов тогда, такие остались и при нем.
Г-жа Простакова. Старинные люди, мой отец! Не
нынешний был
век. Нас ничему не учили. Бывало, добры люди приступят к батюшке, ублажают, ублажают, чтоб хоть братца отдать в школу. К статью ли, покойник-свет и руками и ногами, Царство ему Небесное! Бывало, изволит закричать: прокляну ребенка, который что-нибудь переймет у басурманов, и не будь тот Скотинин, кто чему-нибудь учиться захочет.
Бабушка, по воспитанию, была старого
века и разваливаться не любила, а держала себя прямо, с свободной простотой, но и с сдержанным приличием в манерах, и ног под себя, как делают
нынешние барыни, не поджимала. «Это стыдно женщине», — говорила она.
Вообще неясно, есть ли в представлениях Η. Φ. Федорова какое-либо место метаистории «жизни будущего
века», отделенной онтологической катастрофой от
нынешнего зона.
Однажды он слышал даже, как покойный прадед
нынешних графов, прославленный на вечные
веки своими кровавыми подвигами, выехал, стуча копытами своего аргамака, на середину острова и неистово ругался: «Молчите там, лайдаки, пся вяра!»
— По
нынешним обстоятельствам нашему брату чем ни торгуй, без Питера невозможно, — ответил Никита Федорыч. — Ежели дома на Волге
век свой сидеть, не то чтобы нажить что-нибудь, а и то, что после батюшки покойника осталось, не увидишь, как все уплывет.
Я знаю, мне могут сказать, что я отстал от своего
века, что то, что я говорю об отсутствии чувства государственности в квартальных надзирателях, относится к дореформенному времени и что, напротив того,
нынешнее поколение квартальных надзирателей очень тонко понимает, чему оно служит и какой идеи является представителем.
— Попервоначалу она тоже с ним уехала; но, видно, без губернаторства-то денег у него немножко в умалении сделалось, она из-за него другого стала иметь. Это его очень тронуло, и один раз так, говорят, этим огорчился, что крикнул на нее за то, упал и мертв очутился; но и ей тоже не дал бог за то долгого
веку: другой-то этот самый ее бросил, она — третьего, четвертого, и при таком пути своей жизни будет ли прок, — померла, говорят, тоже
нынешней весной!
— Невинные восторги первого авторства погибают в неравной борьбе с томящей жаждой получить первый гонорар, — резюмировал Пепко мое настроение: — тут тебе и святое искусство, и служение истине, добру и красоте, и призвание, и лучшие идеи
века, и вклад во всемирную сокровищницу своей скромной лепты вдовицы, и тут же душевный вопль: «Подайте мне мой двугривенный!» Я уверен, что литература упала, — это факт, не требующий доказательств, — от двух причин: перевелись на белом свете меценаты, которые авторам давали случаи понюхать, чем пахнет жареное, а с другой — авторы
нынешние не нюхают табака.
говорит Фамусов и затем чертит такой грубый и уродливый рисунок раболепства, что Чацкий не вытерпел и в свою очередь сделал параллель
века «минувшего» с
веком «
нынешним».
Как посравнить да посмотреть (говорит он)
Век нынешний и
век минувший,
Свежо предание, а верится с трудом...
Один господин говорил с негодованием, что он не понимает, как в
нынешний просвещенный
век могут распространяться нелепые выдумки, и что он удивляется, как не обратит на это внимание правительство.
Ты! бесхарактерный, безнравственный, безбожный,
Самолюбивый, злой, но слабый человек;
В тебе одном весь отразился
век,
Век нынешний, блестящий, но ничтожный.
Наполнить хочешь жизнь, а бегаешь страстей.
Всё хочешь ты иметь, а жертвовать не знаешь;
Людей без гордости и сердца презираешь,
А сам игрушка тех людей.
О! знаю я тебя…
Жорж. Говорит, что Лотохин, его барин, богатый человек, старого
веку,
нынешним не чета. Какого-то «старого
веку», какая-то «не чета». Ничего этого я не понимаю.
Первый комтур [Комтур (фр.) — рыцарь, управлявший областью, которая в Средние
века давалась в пользование духовно-рыцарскому ордену.] замка был Арнольд фон, Фитингоф, по странному стечению случаев, предок и однофамилец
нынешнего владетеля Мариенбурга.
— А я весь свой
век ворочал делами и в гору шел, не изменяя тому, что во мне заложили лучшие годы, проведенные в университете. Вот мне и не хотят простить, что я шестидесятыми годами отзываюсь, что я враг всякой татарской надувастики и рутины… И поползли клопы из всех щелей, — клопы, которым мы двадцать лет назад пикнуть не давали. А по
нынешнему времени они ко двору.
У Бетховена и других композиторов XIX
века фуги сравнительно немногочисленны.], а не
нынешние какие-нибудь жалкие польки и вальсы!..
— Для всех времен и для всех
веков! — восклицал Долгов. — Вот это-то и скверно в
нынешних художниках: они нарисуют три — четыре удачные картинки, и для них уж никаких преданий, никакой истории живописи не существует!
Пари держу, что
нынешние молодые люди и сотой доли того не чувствуют при объявлении любви — если они еще и объявляют ее? — что я и другие в наш
век чувствовали.
Другой из рассказов Ефимки о том, будто «внучки живую бабку съели», имел в основе своей иное, трогательное происшествие: в вольном селе Мотылях доживала
век одинокая старушка, которая много лет провела в господских и купеческих домах, в нянюшках, и «нажила капитал» — целую тысячу рублей (ассигнациями, то есть на
нынешние деньги около 280 руб.).
Нет и не будет ему прощения ни в
нынешнем дне, ни в сонме
веков грядущих.
не встретил насмешки ни в ломоносовское, ни в державинское время; а уже тогда, когда он отжил свой
век, явилась злая сатира Дмитриева: «Чужой толк». Над поэмами Хераскова тоже стали смеяться только с двадцатых годов
нынешнего столетия. Только над Жуковским Батюшков осмелился посмеяться очень скоро, сочинивши пародию на его «Певца», зато пародия эта не была известна публике до прошедшего года.
Модное-то ваше да
нынешнее, я говорю ему, каждый день меняется, а русской-то наш обычай испокон
веку живет!
Во-первых, постригают человека в монахи не только не спрашивая, желает ли он или нет сподобиться чина ангельского, а прямо «подневольно»; а во-вторых, при понятиях
нынешнего растленного
века кажется несообразным и оскорбительным для идеи иночества наказывать безнравственного человека возведением его в сан иеромонаха.
Еще ни в ком не отразилась вполне та многосторонняя поэтическая полнота ума нашего, которая заключена в наших многоочитых пословицах, умевших сделать такие великие выводы из бедного, ничтожного своего времени, где в таких тесных пределах и в такой мутной луже изворачивался русский человек, и которые говорят только о том, какие огромные выводы может сделать
нынешний русский человек из
нынешнего широкого времени, в которое нанесены итоги всех
веков и, как неразобранный товар, сброшены в одну беспорядочную кучу.
Попробуй кто-нибудь из вас, еще не доказавший сил, еще не умеющий самому себе высказать себя, объясняться с людьми, стоящими на других поприщах, которые не могут, весьма естественно, даже постигнуть, что может существовать в искусстве его высшая степень, свыше той, на которой оно стоит в
нынешнем модном
веке!